Содержание
Введение . . . . . . . . . . .
. . . . . 2
I. Содержание акционерного правоотношения . . . . .
5
1.1. Общая характеристика содержания акционерного правоотношения,
осуществления и защиты прав акционеров . 5
1.2. Характеристика вещных прав на имущество акционерного общества .
. . . . . . . . . . . . .
. . 21
II. Субъективные права акционеров и их осуществление . . 40
2.1. Имущественные права акционеров и их осуществление . 40
2.2. Неимущественные права акционеров и их осуществление . 56
III. Особенности приватизации акционерного общества закрытого типа "Малыш" . . . . . . . .
. . . 76
3.1. Общая характеристика АОЗТ "Малыш" . . . . .
. 76
Заключение . . . . . . . . . . .
. . . . . 80
Список литературы . . . . . . . . .
. . . . 81
ВвеДЕНИЕ
Развитой гражданский оборот характеризуется как наличием большого числа
разнообразных сделок, так и многообразием участников. Реформирование
отечественной экономики повлекло за собой переход от простой структуры
субъектов хозяйственных отношений, включающей в себя главным образом
государственные предприятия, к сложной, состоящей из хозяйственных обществ
и товариществ, унитарных предприятий, производственных кооперативов и
различных некоммерческих организаций, для которых законодатель даже не
установил закрытого перечня организационно-правовых форм. Появление новых
участников гражданского оборота требует их тщательного изучения. Только на
основе анализа деятельности создаваемых хозяйствующих субъектов, учета
мировой практики возможно моделирование таких организационно-правовых форм
юридических лиц, которые бы вписывались в рамки отечественной правовой
доктрины.
Законодательное закрепление отдельных видов организаций, без учета их
конститутивных признаков и назначения, на практике обычно приводит к
нежизнеспособности таких организаций либо к многочисленным проблемам,
связанным с их функционированием. Первое ярко демонстрирует пример с полным
товариществом, которое рассматривалось Законом «О предприятиях и
предпринимательской деятельности» от 25 февраля 1990 г. № 445-1 ' в
качестве одной из организационно-правовых форм предприятия и в то же время,
согласно названному Закону, не являлось юридическим лицом, что практически
отождествляло его с простым товариществом. Вследствие применения ряда
положений упомянутого Закона возникали и последствия второго рода. Так,
многочисленные споры на практике вызывало закрепление двойственного
правового режима имущества юридического лица: с одной стороны, Закон «О
предприятиях и предпринимательской деятельности» закреплял его на праве
собственности за самой организацией, а с другой - наделял ее участников
правом собственности на долю в этом имуществе, устанавливая режим общей
долевой собственности.
Задача по недопущению указанных негативных последствий особенно
актуальна применительно к акционерным обществам. Это вызвано рядом
факторов.
Во-первых, организация акционеров имеет наиболее сложную структуру по
сравнению с иными юридическими лицами, поскольку является высшей формой
объединений лиц для совместного осуществления предпринимательской
деятельности.
Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1990.
№ 30. Ст. 418.
^
Во-вторых, в нашей стране с созданием акционерных обществ связывалось
решение задачи разгосударствления экономики. Акционирование государственных
предприятий выступило в качестве основного способа приватизации, что
привело к широкому распространению акционерной формы предпринимательства.
В-третьих, акционерная форма предоставляет широкие возможности для
финансовых злоупотреблений со стороны учредителей и иных лиц, являющихся
управляющими или крупными акционерами, как на стадии создания акционерного
общества, так и в процессе его деятельности. Об этом наглядно
свидетельствует история развития акционерного законодательства, сохранившая
такие термины, как «грюндерство», «мыльные пузыри» и тому подобное. Россия
здесь не является исключением, что доказывают многочисленные скандалы
вокруг так называемых финансовых пирамид, многие из которых были
организованы в форме акционерных обществ.
Указанные обстоятельства предопределили особый интерес ученых-цивилистов
к проблемам акционерных обществ. Глубокий анализ этих проблем был дан
русскими учеными в дореволюционный период' и в первые годы Советской
власти1 .Затем с конца двадцатых и вплоть до девяностых годов акционерная
форма предпринимательской деятельности практически не исследовалась в
отечественной юридической литературе. Лишь с переходом к новым
экономическим отношениям положение изменилось и проблемы акционерных
обществ выдвинулись на первый план и в науке, и в законодательстве. Для их
успешного разрешения недостаточно изучения одной лишь акционерной формы,
необходим также анализ ее содержания. Для науки гражданского права особое
значение приобретает исследование не внешних признаков акционерного
общества как юридического лица, которые получили достаточно широкое
освещение в юридической литературе, а специфики отношений, складывающихся
внутри органийации акционеров. Тем более, что и характер участия
акционерного общества в гражданском обороте или его деятельность во вне
обуславливается единой волей, сформированной во внутриорганизационных
отношениях. Акционерное общество, согласно п. 1
' См., например: Писемский П.А. Акционерные компании с точки зрения
гражданского права. М., 1876; Тарасов И.Т. Учение об акционерных компаниях.
Вып. 1. Ярославль, 1879; Он же; Учение об акционерных компаниях. Вып. II.
Ярославль, 1880; ПетражицкийЛ.И. Акционерная компания. Акционерные
злоупотребления и роль акционерных компаний в народном хозяйстве. СПб.,
1898; Он же. Акции. Биржевая игра и теория экономических кризисов. Т. 1.
СПб., 191,КаминкаА.И. Акционерная компания. Т. 1. СПб., 1902; Он же.
Очерки торгового права. СПб., 1912; Он же. Основы предпринимательского
права. Пг., 1917; Шерш^нетч Г.Ф. Курс торгового права. Т. 1. СПб., 1908; Он
же. Учебник торгового права. М., 1994 и другие. ^ См., например: Брауде
И.Л. Акционерные общества и товарищества в торговле и промышленности. Пг.,
1923; Вольф В.Ю. Основы учения о товариществах и акционерных обществах. М.,
1927; Израэлит М.Н. Акционерные общества. М., 1927; Ландкоф С.Н. Проблема
развития акционерного права. Харьков, 1927; Шретер В.Н. Советское
хозяйственное право. М. - Л., 1928 и другие.
ст. 53 Части первой Гражданского кодекса Российской Федерации от 30 ноября
1994 г., № 51-ФЗ (далее - ГК РФ)', способно приобретать гражданские права и
принимать на себя гражданские обязанности через свои органы, посредством
которых происходит волеизъявление юридического лица. Сам процесс
формирования воли осуществляется в рамках реализации тем или иным органом
акционерного общества своих полномочий. Например, крупная сделка,
определение которой дается в п. 1 ст. 78 Федерального закона «06
акционерных обществах» от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ^, может быть
заключена обществом только после вынесения соответствующего решения,
которое в зависимости от стоимости имущества, являющегося предметом сделки,
принимает либо общее собрание акционеров, либо совет директоров.
Отношения, возникающие в организации акционеров, достаточно
многообразны. Наиболее важные из них, складывающиеся в процессе
формирования единой воли общества, по поводу распределения прибыли от его
деятельности и имущества при его ликвидации, а также некоторые другие,
будучи урегулированными нормами права, приобретают форму правоотношений.
Категория акционерного правоотношения имеет большое научное и практическое
значение, что подтверждается следующим. Во-первых, акционерное
правоотношение является той формой, в которой абстрактные нормы права,
содержащиеся в актах акционерного законодательства, получают свою
реализацию. Поэтому, анализируя указанное правоотношение, можно определить
степень юридической проработки той или иной нормы права, соответствие
правовой модели реальным обстоятельствам. Во-вторых, исследование
акционерного правоотношения обеспечивает возможность полного анализа
правового статуса самого акционерного общества и отдельно взятых
акционеров, поскольку они являются субъектами названного правоотношения и
входят в его структуру. Важно учитывать и такое обстоятельство: создание
надежного механизма защиты прав владельцев мелких пакетов акций, что
особенно важно в настоящее время, невозможно без тщательного изучения
акционерного правоотношения, так как права членов акционерного общества не
существуют изолированно, а образуют его содержание. Процессы создания и
ликвидации акционерного общества, передачи акций членами общества другим
лицам также непосредственным образом связаны с категорией акционерного
правоотношения. Государственная регистрация организации акционеров в
качестве юридического лица, кроме всего прочего, выступает элементом
сложного юридического состава, влекущего возникновение акционерного
правоотношения. Ликвидация же общества влечет за собой прекращение
названного правоотношения. Для конкретных акционеров выход из числа
субъектов акционерного правоотношения может и не быть связанным с
' Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. № 32. Ст. 3301.
Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. № 1. Ст. 1.
его прекращением. Член общества перестает быть участником такого правового
отношения, если передаст иным лицам принадлежащие ему акции.
Таким образом, категория акционерного правоотношения является
краеугольным камнем, основой в изучении практически всех вопросов,
связанных с правовым положением как самого акционерного общества, так и его
членов.
Исследование акционерных правоотношений несомненно будет способствовать
и качественному развитию акционерного законодательства, которое в настоящий
момент находится в стадии формирования. Особое значение для правового
регулирования деятельности акционерных обществ имело принятие
Государственной Думой 21 октября 1994 года Части первой Гражданского
кодекса Российской Федерации, которая установила основные положения,
касающиеся данного вида юридических лиц. Но поскольку в силу своего
назначения Гражданский кодекс не способен детально определить правовой
статус акционерного общества, права и обязанности его членов, постольку в
п. 3 ст. 96 ГК РФ для этих целей предусмотрено принятие специального
закона. Закон «Об акционерных обществах» был принят Государственной Думой
24 ноября 1995 года. Однако было бы ошибочным считать, что на этом процесс
формирования акционерного законодательства получил свое завершение.
Во-первых, Закон «Об акционерных обществах», важность которого трудно
переоценить, не лишен недостатков, порой весьма существенных, которые
широко критиковались в литературе еще до принятия рассматриваемого акта и
не были устранены впоследствии^
Во-вторых, за короткий срок практика применения указанного Закона
показала, что он не решает задачу детальной регламентации деятельности
акционерных обществ. Многие правовые нормы, касающиеся акционерной формы
предпринимательства, содержатся в иных законах, например, в Федеральном
законе «О рынке ценных бумаг» от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ^ а также в иных
нормативных актах, принимаемых Президентом РФ, Правительством РФ, Минфином
РФ, Федеральной комиссией России по ценным бумагам и другими органами.
В этой связи развитие акционерного законодательства будет идти как по
пути совершенствования самого Закона «Об акционерных обществах», путем
внесения в него соответствующих изменений, так и путем принятия иных
правовых актов, содержащих нормы, связанные с функционированием акционерных
обществ. Выводы, полученные в результате анализа акционерных
правоотношений, будут оказывать на этот процесс существенное влияние.
^ См„ например: Суханов Е.А. Чьи интересы защитит закон? // Экономика и
жизнь. 1995. №36. ^ Собрание законодательства Российской Федерации. 1996.
№17. Ст. 1918.
Глава I. Содержание акционерного правоотношения. Субъективные права
акционеров и их осуществление.
1.1. Общая характеристика содержания акционерного правоотношения,
осуществления и защиты прав акционеров
Как уже отмечалось, в теории права существует парадигма, согласно
которой содержание правоотношения составляют субъективные права и
юридические обязанности его участников. Применительно к акционерному
правоотношению это означает, что элементами его содержания являются
субъективные права акционеров, юридические обязанности акционерного
общества и иных лип, которые могут не являться акционерами. Вместе с тем
следует отметить, что особое место в содержании акционерного правоотношения
занимают субъективные права акционеров.
В юридической науке нет единого мнения по поводу понятия субъективного
права. М.М. Агарков, М.П. Карева, А.М. Айзенберг рассматривали субъективное
право как притязание управомоченного лица. Профессор Агар-ков М.М.
характеризовал субъективное право «как предоставленную лицу возможность
привести в действие аппарат государственного принуждения»'.
Как средство регулирования поведения граждан, не противоречащего
интересам государства, определял субъективное право профессор Иоффе О.С.2
По мнению С.Н. Братуся, субъективное право представляет собой меру
возможного поведения управомоченного лица^ Данная позиция получила
наибольшее распространение в юридической литературе. Разделяет ее и автор
настоящей работы. В связи с этим право членства акционера рассматривается в
работе как мера возможного поведения участника акционерного общества.
В праве членства синтезированы разные по характеру членские права
акционеров, что диктует необходимость их классификации.
Существует множество классификаций прав акционеров. И. Тарасов разделял
одни и те же права на три группы в зависимости от степени влияния
управомоченного лица в деятельности акционерного общества^. Он выделял
' Теория государства и права. М„ 1948. С. 481.
^ См.: Иоффе О.С. Ответственносп, по советскому гражданскому праву. Л.,
1955. С. 55. ^ См.: Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. М., 1959. С.
10-13. Более подробно о взглядах на природу субъективного права см.:
Толстой К).К. Проблема обеспечения субъективных гражданских прав // Вестник
МГУ. 1952. № 3. С. 119-121; Мицкевич А.В. Некоторые вопросы учения о
субъективных правах // Правоведение. 1958. № 1. С. 28; Анисимм А.Л. Честь,
достоинство, деловая репутация: гражданско-правовая зашита. М., 1994. С. 20-
21. * См.: Тарасов И. Т. Указ. соч. Вып. II. С. 94.
права, принадлежащие отдельно взятому акционеру, которые могут
осуществляться им самостоятельно, а также права, имеющиеся у акционера в
силу его принадлежности к влиятельному большинству или слабому меньшинству
членов общества. Данная классификация имеет большое практическое значение.
Она лежит в основе моделирования механизма защиты прав мелких акционеров от
участников общества, обладающих крупными пакетами акций.
Юристы, изучающие специфику организации акционеров, особенно отмечали те
права акционеров, которые являются неотъемлемым условием существования
самого акционерного общества. Такие права обычно назывались натуральными,
поскольку, по мнению многих исследователей, «вытекали из самой природы»
акционерного общества'. Среди них чаще всего называли право голоса на общем
собрании акционеров, право на получение дивиденда и право на получение
ликвидационной квоты из оставшегося имущества при прекращении акционерным
обществом своей деятельности. Остальные права акционеров назывались
случайными.
Близкой к названной является классификация прав акционеров на отъ-
емлемые и неотъемлемые. К последним относили такие права, которых акционер
не мог быть лишен общим собранием акционеров, а именно: право на дивиденд,
право на ликвидационную квоту и им подобные^
В зависимости от времени возникновения прав акционера выделяли главные и
вспомогательные права. По мнению П.А. Руднева, акционеры получают в первую
очередь право на дивиденд и ликвидационную квоту, право голоса на общих
собраниях и другие права, именуемые главными. Вспомогательные права, среди
которых- право продажи акций, право оспаривания решений общего собрания
акционеров и прочие, возникают в процессе деятельности акционерного
общества^. С данным утверждением трудно согласиться. Лицо, становясь
акционером, в обмен на сделанные взносы в уставный капитал общества
приобретает комплекс различных по своей сущности прав. Права эти возникают
одновременно и в полном объеме. Для конкретного акционера акционерное
правоотношение прекращается с его выходом из общества, для общества в целом
- с момента внесения записи о его ликвидации в единый государственный
реестр юридических лиц. Поэтому вряд ли правомерно разделять права
акционера в зависимости от момента возникновения. Право лица продать
принадлежащие ему акции возникает с того момента, как оно стало акционером.
Это право представляет собой не что иное, как установленную законом
возможность осуществления прав по усмотрению управомоченного лица, что
включает и передачу самих прав иным лицам. Что же касается права на защиту,
то оно представляет собой особое пра-
' См.. Р-уднев П.А. Указ. соч. С. 5. ^ См.: Вольф В.Ю. Указ. соч. С. 132. ^
См.: Руднев П.А Указ. соч. С. 6.
во, способствующее надлежащему осуществлению всякого субъективного
гражданского права, в том числе и членского. Поэтому право на защиту в купе
с некоторыми членскими правами нельзя противопоставить иным членским
правам, выбирая за основу разделения момент возникновения субъективных
прав.
Наиболее распространенной является классификация прав в зависимости от
вида участия акционера в деятельности общества. Участие акционера может
быть личным и имущественным. Согласно этому выделяют личные права
акционера: право на участие в управлении акционерным обществом, право на
контроль за деятельностью акционерного общества и право на получение
информации об обществе. Другую группу образуют имущественные права, среди
которых называют право на получение дивиденда и право на ликвидационную
квоту. Некоторые авторы называют имущественные права акционеров
финансовыми'.
Следует учитывать, что как имущественные, так и неимущественные права
акционера образуют единый комплекс прав - право членства, которое носит
имущественный характер и удостоверяется акцией. Акционер вправе уступить
право членства другому лицу, которое, приобретя его, становится акционером.
Если акционерное общество эмитирует акции в виде обособленных документов,
то для передачи права членства необходима и передача самой ценной бумаги,
на которую, как на вещь, акционер имеет право собственности. В этой связи
пишут об особой категории прав акционеров, вытекающих из права
собственности на акцию. К ним, в частности, относят право на включение в
реестр и право на свободное распоряжение акциями^ Такая позиция,
представляется, спорной, поскольку указанные права обуславливаются наличием
ценной бумаги, как материального объекта вещного права собственности.
Получается, что при отсутствии такого объекта нельзя говорить и о
соответствующих правах акционера. Однако, как уже неоднократно отмечалось,
акционерное общество может и не выпускать акции в бумажной форме,
предпочитая фиксировать права акционера иным способом. При этом у акционера
не пропадает право требовать внесения его в реестр акционеров, он также
может передать свои членские права другому лицу. Регистрация лица в
качестве акционера является необходимым условием осуществления самих
членских прав. Лицо, не внесенное в реестр, не сможет ни участвовать в
общем собрании акционеров, ни получать дивиденды, ни осуществлять иные
права акционера. Поэтому право лица требовать своей регистрации в реестре
акционеров в качестве члена общества нельзя включать в перечень членских
прав.
' См.: Права акционеров. М„ 1994. С. 6-7.
См.: Тотьев К. Права акционеров по действующему законодательству //
Хозяйство и право. 1994. № 7. С. 8.
Акционер также может свободно распорядиться своими правами, но не в силу
того, что имеет в собственности акцию - ценную бумагу, а потому, что
является членом акционерного общества.
Учитывая специфику прав акционера, целесообразно разграничивать
некоторые одинаковые по наименованию, но различные по содержанию права
акционера. Например, право на дивиденд существует у акционера с момента
вступления в состав членов общества. Выше отмечалось, что изначально данное
право нельзя считать обязательственным, поскольку оно также имеет и черты
абсолютного права. Таким образом, это право можно охарактеризовать как
членское или корпоративное право. Это право будет первоначальным.
Существует также производное от него право на дивиденд. Оно возникает у
акционера только с момента утверждения общим собранием конкретного размера
и формы дивидендов. После назначения дивидендов к выплате и принятия
соответствующего решения органами управления общества у акционера возникает
обязательственное право требования выплаты конкретной денежной суммы. Право
на дивиденд в этом случае можно назвал» кредиторским или индивидуальным.
Аналогичную параллель можно провести и в отношении права на ликвидационную
квоту.
Как отмечалось выше, к особой группе следует отнести право акционера на
защиту. В литературе право на защиту традиционно рассматривалось как
элемент всякого субъективного права. В.П. Грибанов писал, что «право на
защиту в его материально-правовом значении, то есть как одного из
правомочий самого субъективного гражданского права, представляет собой
возможность применения в отношении правонарушителя мер принудительного
воздействия»*. Представляется, однако, что более точным является
высказывание, сделанное позднее тем же автором. «...В условиях правового
государства, - отмечал профессор Грибанов В.П., - право на защиту можно
рассматривать и как самостоятельное субъективное право, обладающее
специфическим содержанием»^.
Для защиты прав акционеров в развитых зарубежных государствах создаются
надежные механизмы, разработка которых рассматривается как одна из
важнейших задач законодателя, поскольку, как отмечается в литературе,
«рыночные силы сами по себе недостаточно могущественны, чтобы предоставить
акционерам соответствующую защиту»^.
Наиболее полно вопросы оспаривания акционерами решений органов
управления акционерного общества с целью защиты своих прав урегулированы в
законодательстве ФРГ. Раздел первый части седьмой Закона ФРГ «Об
акционерных обществах» посвящен оспариваний) решений общего собрания.
' Грибанов В.П. Основные проблемы осуществления и защиты гражданских прав.
Т. 2. С. 606. ^ Гражданское право / Под ред. Е.А. Суханова. Т. 1. С. 160. ^
Hoghton С. Ор. cit. P. 186.
Выделяются ничтожные решения общего собрания, которые не порождают никаких
правовых последствий с момента вынесения, и оспоримые решения. В § 241
рассматриваемого Закона установлен исчерпывающий перечень оснований
ничтожности решений общего собрания. К ним, в частности, относится
нарушение существенных положений закона о порядке созыва собрания,
несоответствия содержания решения добрым нравам и так далее. Не существует
закрытого перечня оснований для оспаривания решений. В § 243 в качестве
таковых названы использование акционером права голоса для получения особых
преимуществ для себя или третьего лица в ущерб акционерному обществу или
другим акционерам и решение общего собрания использовано для этой цели;
отказ в предоставлении акционеру информации, связанной с принятием решения
общим собранием. Большая часть оснований для оспаривания решений собрания
акционеров формируется на практике'.
В законодательствах американских штатов выделяют два вида исков, которые
может подавать акционер в целях защиты своих прав. Это прямые иски (direct
private suit) и представительские, или производные, иски (derivative suit).
Прямые иски предъявляются акционером или группой акционеров к обществу в
связи с нарушением последним некоторых прав его участников. В данном случае
нарушаются индивидуальные, или кредиторские, права акционеров, например,
право на получение объявленного к выплате дивиденда. Акционер подает иск к
обществу как к своему должнику по денежному обязательству. Производные иски
подаются, когда нарушаются членские, или корпоративные, права акционера.
При этом, как правило, нарушаются права и самой организации акционеров в
целом. Поэтому акционер, подающий такой иск, действует в роли представителя
других акционеров и общества в целом. В большинстве случаев производные
иски предъявляются к членам правления, держателям крупных пакетов акций.
Однако возможно предъявление иска к так называемому мнимому акционеру
(man of straw) об ответственности за убытки, причиненные вследствие его
голосования. Бывают случаи, когда производный иск подается против самого
акционерного общества, которое рассматривается в качестве квазиответчика.
Реальным ответчиком становится лицо, виновное в нарушении прав как
акционеров, так и самого общества. При удовлетворении подобного иска
имущественное возмещение поступает на счет акционерного общества, несмотря
на то, что формально иск подавался именно против него^
Различают два вида производных исков. Иски об устранении нарушений
процедуры общих собраний и иски о нарушении своих обязанностей по отношению
к обществу директорами и иными должностными лицами. Последние являются
наиболее распространенными. В США производные иски про-
' См.: Зайцева В.В. Указ. соч. С. 42. 2 cm.: WolfeA.. NaffzigerF. Op. cit.
P. 316.
тив должностных лиц общества впервые были предусмотрены в 1961 году в
законодательстве штата Нью-Йорк. Они подаются акционерами при назначении
чрезмерных окладов членам правления; выпуске акций без достаточного
покрытия; неправильном использовании должностными лицами фондов общества и
так далее'.
Право акционеров на производный иск предусматривается в ст. 244,245
Закона Франции «О торговых товариществах», а также § 93 Закона ФРГ «Об
акционерных обществах». По общему правилу должностные лица акционерного
общества обязаны добросовестно осуществлять свои служебные обязанности,
соблюдать лояльность по отношению к обществу. Они должны сообщать о своей
финансовой заинтересованности в сделках, заключаемых от имени общества.
Должностным лицам запрещается использовать возможности общества в личных
целях. Можно назвать и иные обязанности. Обычно они подробно излагаются в
так называемых кодексах поведения должностных лиц общества, или в кодексах
чести. Такие внутриорганизационные документы широко распространены в
зарубежных акционерных обществах. В отечественной литературе также делаются
попытки разработать свой вариант кодекса честит
Право акционеров обжаловать решения должностных лиц общества долгое
время не признавалось многими юристами. Так, известный правовед Рено
отвергал возможность подачи акционерами иска к членам правления, объясняя
это тем, что названные лица не состоят между собой в правоотношениях. Он
признавал только право акционеров на обжалование решений общего собрания^.
Право акционеров предъявлять иски непосредственно членам правления стало
общепринятым, когда стало ясно, что акционеры и должностные липа общества
состоят друг с другом в особых правовых отношениях, которые не являются ни
вещными, ни обязательственными. При этом члены правления, наблюдательного
совета иногда выступают в таких правоотношениях самостоятельно, а не как
представители юридического лица, в связи с чем и возникает возможность
предъявления акционерами представительского или производного исков к
должностным лицам, нарушившим их собственные интересы и интересы самого
юридического лица.
Акционеры обычно самостоятельно осуществляют свои членские права:
голосуют на общих собраниях, знакомятся с информацией о деятельности
акционерного общества. Способы осуществления членских прав в основном
' Более подробно см.: Зайцева В.В. Указ. соч. С. 51; Сыродоева О.Н.
Акционерное право США и России. М., 1996. С. 73-
носят юридический характер. Например, для участия в общем собрании
акционеров необходима предварительная регистрация. Право на получение
информации акционер может осуществить, составив надлежащим образом запрос в
органы управления юридического лица. Однако право на информацию может быть
осуществлено и фактическими способами, например, когда акционер знакомится
с документами, находящимися в свободном доступе, или когда искомые данные
публикуются в печати для всеобщего сведения.
Акционер должен осуществлять свои права в соответствии с их назначением,
при этом не должны нарушаться права и интересы иных лиц, в частности,
самого акционерного общества и других акционеров. Такая же обязанность
лежит и на должностных лицах общества. В противном случае действия
акционера, злоупотребляющего своими членскими правами, а также действия
должностных лиц общества, выходящие за рамки предоставляемых им полномочий,
могут быть обжалованы в суд.
В ряде случаев для осуществления акционерами своих прав требуются
встречные действия со стороны акционерного общества. На нем по отношению к
своим членам лежат некоторые обязанности активного типа: своевременное
уведомление акционеров о месте и времени готовящегося собрания, организация
информационного обслуживания и так далее.
Что касается кредиторских правоотношений, которые производны от
акционерного, то в них на акционерное общество также возлагаются
обязанности активного типа по передаче назначенных к выплате дивидендов,
ликвидационной квоты при прекращении деятельности юридического лица. Без
соответствующих действий со стороны акционерного общества акционеры,
участники подобных правоотношений, будут не в состоянии осуществить свои
кредиторские права на дивиденд и ликвидационную квоту.
Создание акционерных обществ-гигантов со множеством участников приводит
к тому, что возможности акционеров самостоятельно осущесталять свои
членские и кредиторские права и способность общества надлежащим образом
исполнять возложенные на него юридические обязанности в значительной
степени снижаются. Возникает необходимость наделения правами и возложения
обязанностей на специальных лиц, действующих в интересах акционеров и
акционерного общества. Так, по общему правилу держателем реестра
акционеров, под которым понимается юридическое лицо, осуществляющее
деятельность по ведению и хранению реестра акционеров (п. 2.1 Браненного
положения о ведении реестра владельцев именных ценных бу-м^п), является
само акционерное общество. Следовательно, на акционерном обществе лежат
обязанности по ведению регистрационного журнала по каждой категории ценных
бумаг, ведению лицевых счетов зарегистрированных лиц, а также иные
обязанности, предусмотренные Временным положением. Однако общество,
насчитывающее свыше пятисот членов-владельцев обык-
новенных акций, согласно п. 3 ст. 44 Закона «Об акционерных обществах»
обязано поручить ведение реестра акционеров специализированному
регистратору. В качестве последнего выстуйают юридические лица,
осуществляющие по договору с акционерным обществом-эмитентом деятельность
по ведению и хранению реестра. Они являются профессиональными участниками
рынка ценных бумаг и осуществляют деятельность по ведению реестра как
исключительную. При этом не допускается ее совмещение с другими видами
профессиональной деятельности на рынке ценных бумаг, за исключением ведения
реестра владельцев именных инвестиционных паев паевых инвестиционных фондов
(п. 3.1.8 Временного положения), создание которых предусмотрено Указом
Президента РФ «О дополнительных мерах по повышению эффективности
инвестиционной политики Российской Федерации» от 26 июля 1995 г. № 7651.
Соглашение о ведении и хранении реестра между акционерным общест* вом,
не имеющим права самостоятельно вести реестр акционеров, и организацией-
реестродержателем можно отнести к группе договоров, предметом которых
являются действия по оказанию юридических услуг. По действующему
законодательству в эту группу входят договоры комиссии и поручения, а также
новые для отечественного правопорядка агентские соглашения.
По договору поручения одна сторона (поверенный) обязуется совершить от
имени и за счет другой стороны (доверителя) определенные юридические
действия. Права и обязанности по сделке, совершенной поверенным, возникают
непосредственно у доверителя (п. 1 ст. 971 ПС РФ).
Согласно договору комиссии одна сторона (комиссионер) обязуется по
поручению другой стороны (комитента) за вознаграждение соверпппъ одну или
несколько сделок от своего имени, но за счет комитента. При этом, по
сделке, совершенной комиссионером с третьим лицом, приобретает права и
становится обязанным комиссионер, хотя бы комитент и был назван в сделке
или вступил с третьим лицом в непосредственные отношения по исполнению
сделки (п. 1 ст. 990 ГК РФ).
Договоры комиссии и поручения имеют много общего. Но между ними есть и
существенные различия.
Во-первых, по договору поручения поверенный действует от имени
доверителя, а комиссионер выступает в гражданском обороте от своего имени.
Во-вторых, договор поручения может быть возмездным и безвозмездным. В ч.
2 ст. 396 ГК РСФСР закреплялась презумпция безвозмездности договора
поручения. Многие авторы, в частности B.C. Поздняков, справедливо отмечали,
что данное положение закона лишено практического смысла^. В ст. 115 Основ
гражданского законодательства под влиянием реалий коммер-
1 См.: Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. №31. Ст. 3097.
^ См.: Поздняков B.C. Агентское соглашение // Внешняя торговля. 1977. № 8.
С. 47.
ческого оборота была установлена презумпция возмездности договора
поручения. Двойственную позицию по данному вопросу занял новый Гражданский
кодекс. По общему правилу, как и в Кодексе 1964 года, договор поручения
считается безвозмездным. Однако, если договор поручения связан с
осуществлением обеими сторонами или одной из них предпринимательской
деятельности, доверитель обязан уплатить поверенному вознаграждение, если
договором не предусмотрено иное (п. 1 ст. 972 ГК РФ).
Договор комиссии, напротив, всегда является возмездным. О.А. Красавчиков
и B.C. Якушев писали по этому поводу, что признак возмездности яв-пяется
настолько характерным, что «право на вознаграждение у комиссионера
возникает безотносительно к тому, было ли оно предусмотрено договором» '.
В-третьих, предметом договора поручения могут быть как сделки, так и
иные юридические действия. Предметом договора комиссии могут быть только
сделки.
При анализе юридической природы договора, заключаемого между акционерным
обществом-эмитентом и организацией-реестродержателем, можно выделить
признаки как договора комиссии, так и поручения.
С договором комиссии это соглашение роднит то, что реестродержатель,
вступая в разнообразные правоотношения, возникающие в связи с исполнением
договора, действует от своего имени. За ненадлежащее исполнение своих
обязанностей он несет ответственность не только перед эмитентом, но и перед
всеми зарегистрированными в реестре лицами, в том числе и перед акционерами
(п. 3.1.7 Временного положения).
В классическом договоре комиссии по сделке, совершенной комиссионером с
третьим лицом, приобретает права и становится обязанным комиссионер.
Акционерное общество, заключившее договор с держателем реестра, не
освобождается от обязанности и ответственности за ведение и хранение
реестра акционеров (п. 3.1.7 Временного положения). Таким образом, оно не
погашает своих обязанностей перед акционерами. Во многом это обусловлено
тем, что реестродержатель не уполномочивается эмитентом на совершение
сделок. Более того, юридическое лицо, осуществляющее ведение и хранение
реестра акционеров, не вправе осуществлять сделки с акциями, записанными на
имя зарегистрированных в реестре лиц (п. 1 ст. 8 Закона «О рынке ценных
бумаг»).
Реестродержатель совершает юридически значимые действия, не относящиеся
к категории сделок и не могущие составлять предмет договора комиссии, но
вполне допустимые в рамках договора поручения. Среди них можно назвать
внесение записей в регистрационный журнал о передаче ак-
Красанчиков (9..4. Якушев B.C. Договор комиссии по советскому гражданскому
праву. Свердловск. 1^7 С. 7
ций, о фактах возникновения и прекращения обременения акций обязательствами
залога и многие другие.
Черты договора поручения проявляются также в том, что иногда
законодатель предоставляет акционерам возможность проигнорировать
юридическую личность реестродержателя. Поскольку, поверенный действует от
имени довериггеля, постольку претензии к его действиям предъявляются
последнему. Доверитель, в свою очередь, вправе обязать поверенного
действовать надлежащим образом. Зарегистрированные в реестре лица могут
обжаловать отказ от внесения записей в реестр акционеров в ревизионную
комиссию, являющуюся органом акционерного общества, а не только в суд.
Ревизионная комиссия, посчитав жалобу обоснованной, выносит обязательное
для реестродержателя решение с требованием произвести соответствующие
записи в реестре.
Реестродержатель, выполняя свою главную обязанность по ведению реестра
акционеров, оказывает и фактические услуги по его хранению. Фактические
действия носят вспомогательный характер, позволяют своевременно совершать
юридические действия по внесению записей в реестр. В случае утраты
регистрационного журнала и данных лицевых счетов держатель реестра
акционеров обязан письменно известить об этом Федеральную комиссию по
ценным бумагам, а также всех заинтересованных лиц путем опубликования в
средствах массовой информации специального сообщения.
Однако услуги по хранению реестра не являются здесь предметом
одноименного договора. По договору хранения одна сторона (хранитель)
обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и
возвратить эту вещь в сохранности (п. 1 ст. 886 ГК РФ). Реестр не является
вещью, а представляет собой совокупность данных об акционерном обществе,
существующих в единой системе записей. Эти данные могут быть закреплены как
на бумажных носителях, так и в виде электронной записи. В последнее время
электронным записям отдается предпочтение.
Профессиональная ассоциация регистраторов, трансфер-агентов и
депозитариев -(ПАРТАД) и Информационный центр для регистраторов (ИЦР)
проводит добровольную сертификацию программного обеспечения ведения реестра
акционеров. Система добровольной сертификации программного обеспечения была
зарегистрирована в Комитете Российской Федерации по стандартизации,
метрологии и сертификации 30 ноября 1994 года. Наиболее распространенными
являются следующие программы обеспечения ведения реестра акционеров:
«Ценные бумаги», «Регистратор», «Кворум», «Ринако» и некоторые другие*.
Система электронных записей наиболее полно соответст-
' См.: Итоги сертификации программного обеспечения ведения реестра
акционеров // Рынок ценных бумаг. 1995. №5. С. 42; Маркелов К. Депозитарии
«Кворум» и «Ринако»: равнение технологий // Там же. С. 40.
вует внедряемому сейчас механизму торговли ценными бумагами по
телекоммуникационным каналам связи. Нынешняя торговля ценными бумагами
через информационные агентства, выпускающие фондовые ведомости, уходит в
прошлое. Создаваемую российскую телекоммуникационную торговую сеть
планируется соединить с такими мировыми финансовыми системами, как
TELEKURS, INVEST DATA, SWIFT, SIC'.
Реестр составляется реестродержателем на основе документов, полученных
от эмитента. К ним относятся документы об объявленных к выпуску и
выпущенных в обращение акциях, об изменениях, внесенных в учредительные
документы акционерного общества, протоколы собраний акционеров и другие.
Утрата данных об акционерном обществе не влечет прекращение договора с
возмещением эмитенту убытков, а обязывает реестродержателя обеспечить их
восстановление в десятидневный срок с момента утраты.
Таким образом, договор о ведении и хранении реестра акционеров имеет
характерные черты договоров комиссии и поручения. Реестродержатель
оказывает еще и фактические услуги, обеспечивающие осуществление юридически
значимых действий. В странах с системой общего права подобные отношения
между эмитентом и реестродержателем регулировались бы в рамках единого
агентского договора. В литературе агентское соглашение определялось в
качестве двустороннего, консенсуального, возмездного договора, в силу
которого одна сторона (агент) обязуется совершить в интересах другой
стороны (принципала) от ее или от своего имени юридические и (или)
фактические действия^
Агентский договор нашел свое закрепление и в современном российском
законодательстве. В п. 1 ст. 1005 ГК РФ говорится, что по агентскому
договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по
поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего
имени и за счет принципала, либо от имени и за счет принципала.
Итак, договор на хранение и ведение реестра можно отнести к группе
агентских соглашений. Однако к нему предъявляются особые требования.
Во-первых, заключение такого договора обязательно для эмитента,
насчитывающего более пятисот акционеров, владельцев обыкновенных акций.
Ведение реестра акционеров должно быть начато не позднее одного месяца с
момента государственной регистрации акционерного общества.
Во-вторых, эмитент вправе заключать подобный договор только с одним
юридическим лицом, которое впоследствии не может поручить ведение реестра
другой организации. Реестродержатель вправе передать лишь часть своих
функций по ведению реестра иным организациям, так называемым транс-
* См.: Мартыненко М. Система торговли ценными бумагами: необходим полный
комплекс услуг // Рынок ценных бумаг. 1995. № 14. С. 53. См.: Рябиков С.К).
Агет-ские соглашения во внешнеэкономических связях. М., 1992. С. 15.
фер-агентам, которые, согласно п. 2.1 Временного положения, являются
профессиональными участниками рынка ценных бумаг. Они осуществляют сбор и
передачу реестродержателю информации для внесения изменений в реестр
акционеров, передают зарегистрированным лицам, в том числе и акционерам,
документы, полученные от реестродержателя. Права и обязанности трансфер-
агента определяются договором между ним и реестродержателем.
Представляется, что подобное соглашение можно охарактеризовать как
субагентский договор, предусмотренный ст. 1009 ГК РФ. В пользу такого
вывода свидетельствует то, что заключение договора с трансфер-агентом не
освобождает регистратора от ответственности за ведение и хранение реестра
(п. 3.2 Временного положения). В публикациях система ведения реестра с
трансфер-агентами выделяется в особую группу и противопоставляется простому
реестру, где трансфер-агенты отсутствуют'.
В-третьих, в качестве реестродержателя могут выступать не все
дееспособные лица. Не могут быть держателями реестра физические лица,
включая лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность; номинальные
держатели акций данного эмитента; юридические лица, являющиеся акционерами
данного акционерного общества или контролирующие его акции. Деятельность по
ведению реестра акционеров может определяться только на основании лицензии,
выдаваемой в порядке, предусмотренном Постановлением Федеральной комиссии
по ценным бумагам и фондовому рынку при Правительстве Российской Федерации
от 30 августа 1995 г. № 6 в редакции Постановления Федеральной комиссии по
ценным бумагам «Об изменениях и дополнениях порядка лицензирования
деятельности по ведению реестра владельцев именных ценных бумаг» от 17
сентября 1996 г. № 8^.
В-четвертых, условия договора между эмитентом и реестродержателем
определяются не столько сторонами, сколько законодательством, что
свидетельствует об ограничении свободы договора, предусмотренном в п. 4 ст.
421 ГКРФ.
Особые условия заключения договора на ведение и хранение реестра не
влияют на его главную характеристику: держатель реестра акционеров является
агентом эмитента, действует в интересах последнего и в рамках переданных
полномочий. Он обязан исполнять распоряжения эмитента, касающиеся ведения
реестра, за исключением тех, которые противоречат действующему
законодательству или учредительным документам эмитента.
Акционеры также не всегда самостоятельно осуществляют принадлежащие им
права. Часто они заключают договора с лицами, обладающими специальными
познаниями и практическим опытом работы на рынке ценных
' См.: Жинкин А., Запорникма С. Способы организации учета ценных бумаг //
Рынок ценных бумаг. 1995. № 8. С. 53-54. ^ Деловой экспресс. 1995. № 36;
Вестник ФКЦБ России. 1996. № 3.
бумаг. Последние обеспечивают достаточно высокий уровень управления ценными
бумагами. Для качественного и своевременного представления интересов
акционеров профессиональные участники рынка ценных бумаг регистрируются в
реестре в качестве держателей акций. Не являясь собственниками акций, они
держат их от собственного имени. Именно поэтому такие лица получили
название номинальных держателей.
Права номинального держателя акций возникают в силу договора,
заключаемого с собственником акций или другим номинальным держателем. Этот
договор включает в себя элементы договоров комиссии и поручения. Договор
между акционером и номинальным держателем носит характер агентского
соглашения. Соглашение между двумя номинальными держателями является
субагентским договором. В некоторых случаях номинальный держатель действует
от своего имени. Например, согласно п. 3.4.2 Временного положения он несет
самостоятельную ответственность перед держателем реестра за
непредоставление данных о лицах, по поручению которых он держит акции.
Однако чаще всего номинальный держатель действует как поверенный акционера,
совершая сделки с акциями от имени и по поручению акционера и представляя
его интересы. Поэтому неправомерно относить соглашение между акционером и
номинальным держателем к числу договоров о доверительном управлении
имуществом. Ведь согласно п. 3 ст. 1012 ГК РФ сделки с переданным в
доверительное управление имуществом доверительный управляющий совершает от
своего имени.
Для приобретения статуса номинального держателя необходимо соблюдение
ряда требований.
Во-первых, номинальными держателями могут быть не все дееспособные лица,
а только фонды имущества, банки, инвестиционные институты (кроме
инвестиционных консультантов) и депозитарии.
Во-вторых, для того, чтобы выступать в качестве номинального держателя,
недостаточно заключения агентского договора с собственником акций или
субагентского соглашения с другим номинальным держателем. Необходим еще и
факт регистрации в реестре акционеров. Регистрация номинального держателя-
агента осуществляется на основании письменного поручения принципала.
Особые отношения складываются в том случае, когда в качестве
номинального держателя выступает депозитарий, иными словами, юридическое
лицо, предоставляющее услуги по хранению сертификатов ценных бумаг и (или)
учету прав на ценные бумаги. Между депозитарием и владельцем акций
заключается также договор хранения, на основании которого происходит
передача акций - документов. Согласно п. 6.2 Инструкции «О правилах
совершения и регистрации сделок с ценными бумагами», утвержденной Минфи-
ном^ РФ 6 июля 1992 г. № 53', при заключении договора хранения владелец
акций должен быть ознакомлен с порядком оповещения о действиях эмитента,
касающихся принятых на хранение акций - документов, и передачи их владельцу
предоставленной эмитентом информации.
По тексту п. 6.1 цитируемой Инструкции депозитарием может быть либо
самостоятельная организация, либо подразделение кредитно-финансовых
учреждений и инвестиционных институтов. Деятельность депозитариев
регулируется правовыми нормами, содержащимися во Временном положении «О
депозитарной деятельности на рынке ценных бумаг Российской Федерации и
порядке ее лицензирования», утвержденное Постановлением ФКЦБ РФ от 2
октября 1996 г. № 202. Но наиболее полно в настоящее время регулируется
депозитарная деятельность банков. Банк России письмом от 10 мая 1995 г. №
167 утвердил Временное положение «О депозитарных операциях банков в
Российской Федерации»^. Согласно названному акту, правоотношение между
банком-депозитарием и владельцем акций возникает из договора счета депо.
Под счетом депо понимается объединенная общим признаком совокупность
записей в регистрах депозитария, предназначенная для учета ценных бумаг.
Основные положения договора счета депо определены в четвертом разделе
Временного положения «О депозитарных операциях банков в РФ». Обязанность
депозитария зарегистрироваться в качестве номинального держателя переданных
ему депонентом акций должна быть закреплена в договоре счета депо. Как
номинальный держатель депозитарий представляет интересы акционера,
осуществляет агентские функции на основании его поручений.
Таким образом, и держатель реестра акционеров, и номинальный держатель
являются агентами акционерного общества - эмитента и его членов
-собственников акций соответственно, представляющими их интересы и
уполномоченными на совершение различных юридических действий. Отсюда
следует, что держатель реестра акционеров и номинальный держатель вступают
друг с другом в правоотношения не в силу собственного волеизъявления, а в
связи с принятыми по отношению к эмитенту и собственникам акций
обязательствами.
Поэтому вряд ли можно согласиться с мнением ряда авторов о том, что
решить многочисленные проблемы, возникающие на практике между номинальным
держателем и держателем реестра акционеров при осуществлении ими агентских
функций, возможно путем заключения между ними соответст-
' Финансовая газета. 1992. № 28. ^ Вестник ФКЦБ России. 1996. № 4. ^ Рынок
ценных бумаг. 1995. №11. С. 52.
вующего договора'. Согласно определению, данному в п. 1 ст. 420 ГК,
договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении,
изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.
В рассматриваемом случае взаимные права и обязанности держателя реестра
и номинального держателя возникают в силу нормативных актов и соглашений с
принципалами (эмитентом и собственниками акций соответственно). Если бы
между ними и заключался договор, его условия должны были бы определяться
эмитентом и акционерами, так как именно вследствие волеизъявления последних
возникает правоотношение с участием держателя реестра и номинального
держателя. Но, как уже отмечалось, большинство акционеров не обладают
специальными познаниями в области экономики и права. Их участие в
формировании договорных связей реестродержателя с номинальным держателем
будет носить формальный характер, что может привести к злоупотреблениям со
стороны номинального держателя.
Проблема защиты прав акционеров в настоящее время стоит особенно остро.
Согласно п. 1 Постановления Правительства РФ «О мерах по развитию рынка
ценных бумаг в Российской Федерации»^ от 15 апреля 1995 г. № 336, а также
«Основным положениям концепции развития рынка ценных бумаг в Российской
Федерации», утвержденным Указом Президента РФ от 1 июля 1996 г. № 1008^,
защита прав инвесторов и иных лиц, осуществляющих операции с ценными
бумагами, является важнейшим условием развития рынка ценных бумаг.
Очевидно, что надлежащий уровень защиты может обеспечить только
законодательство.
В пользу законодательного регулирования отношений между
реестродержателем и номинальным держателем говорит и то, что при договорном
регулировании неизбежно возникновение ряда проблем. Например, как быть,
если одни акционеры уполномочивают номинального держателя заключить
соответствующий договор с держателем реестра, а другие запрещают тому же
номинальному держателю совершать аналогичные действия? Как быть, если
условия такого договора устраивают одних акционеров и отвергаются другими?
Приведенные доводы убеждают в том, что добиться высокого уровня
правового регулирования отношений реестродержателя с номинальным держателем
можно только с помощью нормативных актов, в которых бы тщательно
фиксировались их взаимные права и обязанности с учетом интересов эмитента и
акционеров, которые они должны отстаивать.
См.: Поляков И. Риторические вопросы о номинальном держателе // Рынок
ценных бумаг. 1995. №9. С. 53; Кошм А., Черкасский Б. Есть ли будущее у
регистраторов? // Рынок ценных бумаг. 1995. № 10. С. 45. ^ Российская
газета. 1995. № 79. ^ Российская газета. 1996. № 125.
Подводя итог изложенному, отметим, что в содержании акционерного
правоотношения особенно следует выделить права акционеров, для
осуществления которых обычно достаточно собственных действий акционеров. В
ряде случаев для их осуществления требуются активные действия со стороны
акционерного общества, например, по оповещению о готовящемся собрании
акционеров и так далее. Акционер не должен злоупотреблять своими членскими
правами, нарушая тем самым права и интересы других акционеров и самого
акционерного общества. В свою очередь общество и его должностные лица
обязаны воздерживаться от действий, могущих причинить акционерам вред.
Отношения, производные от акционерного, например, отношения по выплате
конкретной суммы дивидендов, обладают структурой, характерной для
обязательства. Здесь у акционеров существует право требования выплаты
определенной денежной суммы, а у общества обязанность по ее предоставлению.
Часто в крупных акционерных обществах акционеры и юридическое лицо —
эмитент осуществляют взаимодействие посредством своих агентов, наделяя их
соответствующими полномочиями. Агенты действуют на основании специальных
нормативных актов и указаний своих принципалов. Установление же между
агентом акционера - номинальным держателем и агентом общества-эмитента-
держателем реестра акционеров особых договорных отношений является
нецелесообразным, не сможет обеспечить надлежащую защиту прав членов
акционерного общества.
1. 2. Характеристика вещных прав на имущество акционерного общества
Лица, становясь акционерами, приобретают право членства, как правило, на
возмездной основе. При учреждении акционерного общества право членства
может быть приобретено только на возмездной основе, поскольку в п. 2 ст. 99
ГК РФ содержится правило, запрещающее освобождение акционера от обязанности
оплаты акций общества. За счет средств, поступающих от оплаты акций,
формируется уставный капитал акционерного общества, который является
имущественной основой деятельности общества. Но уставный капитал - это не
только материальная база деятельности акционерного общества. Он выполняет
еще и гарантийную функцию, ибо в пределах величины уставного капитала
акционерное общество гарантирует ответственность по своим обязательствам.
Значение уставного капитала для акционерного правоотношения заключается в
том, что посредством него устанавливается доля участия акционера в
обществе, размеры которой определяются номинальной стоимостью принадлежащих
ему акций.
Уставный капитал не следует смешивать с фактическим имуществом общества,
которое, как справедливо отмечается в литературе, может быть меньшим или
большим по сравнению с уставным капиталом'. От фактического имущества
общества уставный капитал отличается тем, что, во-первых, его величина
отражается не только по балансу, но и закрепляется в учредительных
документах акционерного общества, и, во-вторых, он образуется исключительно
за счет средств, полученных от выпуска и размещения акций.
Кроме уставного капитала в акционерном обществе создается резервный фонд
в размере, предусмотренном уставом общества, но не менее 15% от его
уставного капитала. В обществе могут быть образованы также иные фонды,
например, фонд акционирования работников общества (п. 2 ст. 35 Закона «Об
акционерных обществах»). В целом, в собственности акционерного общества
может находится любое имущество, за отдельными исключениями, установленными
законом (п. 1 ст. 213 1"К РФ). Наличие обособленного имущества, как следует
из п. 1 ст. 48 ГК РФ, является неотъемлемым признаком юридического лица.
Поэтому многие авторы характеризовали право собственности на имущество в
качестве важнейшего имущественного права акционерного общества^.
Выше отмечалось, что в акционерном правоотношении общество и отдельно
взятые акционеры далеко не всегда выступают по отношению друг к другу в
качестве полностью независимых субъектов. В этой связи возникает вопрос о
характере прав акционеров на имущество акционерного общества: не
принадлежит ли им также право собственности на имущество общества и не
входит ли оно в содержание акционерного правоотношения? В цивилистике эта
проблема имеет многолетнюю историю. Тот факт, что объединение лицами своего
имущества и образование ими юридического лица с целью осуществления
предпринимательской деятельности является коллективной формой последней,
натолкнуло многих видных правоведов на мысль о том, что акционеры как члены
организации, созданной по их воле, не теряют вещные права на имущество,
переданное акционерному обществу в качестве вклада в уставный капитал.
Моле, например, считал, что участники акционерного общества имеют вещные
права на внесенное в уставный капитал имущество и что оно находится в их
«совокупной собственности»^ Но если при анализе внутрикорпоративных
отношений такой подход снискал много сторонников, то примени-
' См.: Гришин В.Д. Акционерные общества: финансы, коммерция, учет, ревизия.
М., 1991. С. 7.
См„ например: Зайцева В.В. Указ. соч. С. 5-6; Гражданское и торговое право
капиталистических государств / Под ред. Р.Л. Нарышкиной. Ч. 1. М., 1984. С.
164; Гражданское и торговое право капиталистических государств / Под ред.
Е.А. Васильева. С. 138. " См.: Тарасов И.Т. Указ. соч. Вып. II. С. 88.
тельно к гражданскому обороту он показал себя нежизнеспособным. Акционерное
общество в лице своих органов заключало разнообразные сделки с числящимся
за ним имуществом, о которых рядовые акционеры даже не подозревали.
Фактически они были лишены возможности осуществлять хозяйственное
господство над «совокупным имуществом». Невозможно было применил» к
подобным отношениям и нормы, регулирующие деятельность одного собственника
по распоряжению общим имуществом на основании поручения остальных
собственников.
Свое решение этой проблемы предложил русский ученый И.И. Дитя-тин'. Он
разработал конструкцию «единородного имущества», где акционерное имущество
было «единым» для корпорации, выступающей в гражданском обороте от своего
имени, и «розным» для ее членов, при их участии во внутренних делах
организации.
Эти вопросы вновь стали актуальными в нашей стране в период
экономических реформ. Правовой статус акционерного общества как
самостоятельного собственника никем не оспаривался. Но в отношении прав
иных лиц на имущество общества не было единого мнения.
Согласно ч. 1 ст. 10 Закона СССР «О собственности в СССР» собственность
акционерных обществ являлась коллективной собственностью^. В п. 1 ст. 4
указанного Закона она рассматривалась как одна из форм собственности.
Классификацию форм собственности законодатель провел по единому основанию-
по субъекту права собственности. Статья 4 так и называлась «Субъекты права
собственности. Формы собственности».
Применяя эту схему, для того, чтобы определить субъекта права
акционерной собственности, можно было столкнуться с определенными
трудностями. С одной стороны, в качестве такового выступало безусловно
акционерное общество^. С другой же - юридическим собственником признавался
коллектив, поскольку акционерная собственность трактовалась как
разновидность коллективной.
Российские нормативные акты, регулировавшие деятельность акционерных
обществ, также не предусматривали единого собственника акционерного
имущества. В этом качестве выступало и общество как юридическое лицо^, и
отдельно взятые акционеры, что следовало из определения акции как ценной
бумаги, удостоверявшей право собственности ее владельца на долю в устав-
* См. о нем: Дювернуа Н.Л. Указ. соч. С. 424.
^ См.: Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР.
1990. № II. Ст. 164.
^ См. ст. 15 Закона «О собственности в СССР»; п. 15 Положения «Об
акционерных обществах и обществах с ограниченной ответственностью».
* См. п. 2 ст. 12 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской
деятельности»; ст. 14 Закона РСФСР «О собственности в РСФСР» // Ведомости
Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1990. № 30. Ст.
416.
ном капитале общества'. При сдаче квалификационного минимума в Министерстве
финансов России на право совершения операций с ценными бумагами
экзаменуемый на вопрос: что такое акция - должен был отвечать, что это
любая ценная бумага, удостоверяющая право ее владельца на долю в
собственных средствах акционерного общества^.
Нормы права, закреплявшие статус акционеров-собственников, нельзя было
рассматривать в качестве исключения, противоречившего остальным правилам,
так или иначе, касающимся своим регулированием деятельности акционерных
обществ. Они являлись элементами системы законодательства о приватизации.
Главной целью процесса приватизации, согласно введению к Программе
приватизации государственных и муниципальных предприятий в РФ на 1992 год,
было формирование слоя частных собственников путем передачи гражданам и
организациям государственной и муниципальной собственности^. Одним из
способов такой передачи выступало приобретение у государства и местных
Советов народных депутатов в частную собственность долей в капитале
акционерных обществ^ О механизме передачи гражданам РФ в процессе
приватизации долей в акционерных обществах, находящихся в государственной
собственности, говорилось и в ч. 1 ст. 1 Положения «О приватизационных
чеках»^
Изучение уставов акционерных обществ того периода показало, что в них
дословно цитировались положения нормативных актов, посвященные вопросам
собственности. До вступления в силу российского Положения «Об акционерных
обществах» в уставах не упоминалось право собственности акционера на долю в
уставном капитале общества. Когда же этот акт стал применяться, то в
локальных нормативных актах акционерных обществ акционер повсеместно
наделялся этим правом.
Несомненным достоинством Части первой нового Гражданского кодекса, можно
считать то, что она устранила принцип двойственности субъектов права
собственности на акционерное имущество. Согласно п. 2 ст. 48 ГК РФ и пп. 1,
3 ст. 66 ГК РФ участники акционерного общества имеют обязательственные
права к своей организации и не имеют вещных прав на ее имущест-
' См. п. 43 Положения «Об акционерных обществах»; п. 3 Положения «О выпуске
и обращении ценных бумаг и фондовых биржах в РСФСР».
^ См.: Российский рынок ценных бумаг. Квалификационный минимум. М., 1992.
Ч. 1. С. 7. ^ См.: Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации
и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. № 28. Ст. 1617.
^ См. ч. 1. ст. 1 ,ч.1 ст. 15 Закона РСФСР «О приватизации государственных
и муниципальных предприятий в РСФСР» // Ведомости Съезда народных депутатов
Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. №28.
Ст. 1614. ^ См.: Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и
Верховного Совета Российской Федерации. 1992. № 35. Ст. 2001.
во. В п. 2 ст. 212 ГК РФ дается перечень субъектов права собственности, к
которым отнесены граждане, юридические лица, Российская Федерация, субъекты
последней и муниципальные образования. О коллективе как самостоятельном
юридическом собственнике речи не идет.
В Законе РФ «Об акционерных обществах», в соответствии с нормами ГК РФ,
за акционерами сохраняются только обязательственные права (п. 1 ст. 2
Закона «Об акционерных обществах»).
Таким образом, ныне действующее законодательство в качестве
единственного субъекта права собственности на имущество, передаваемое
акционерному обществу отдельными лицами в обмен на право членства, а также
получаемое им в процессе деятельности, признает только само акционерное
общество как юридическое лицо.
В советской юридической литературе давно было отмечено, что в
законодательствах зарубежных стран существует единообразный правовой режим
акционерной собственности'. В Законе Франции «О торговых товариществах» не
оговаривается за акционерами права собственности на долю в имуществе
акционерного общества, которое именуется анонимным. Среди прав,
предоставляемых акцией, в Законе «Об акционерных обществах» ФРГ в § 11
можно найти право на прибыль общества, в §12- право голоса, о вещных правах
акционеров нет ни слова. Подобное решение имеет этот вопрос и в Законе «О
компаниях» Англии, и в Законе «О корпорациях» штата Делавэр США. Нет также
упоминания об указанном праве и в § 501 Закона «О предпринимательских
корпорациях» штата Нью-Йорк, где перечислены право на голосование,
дивиденд, право на ликвидационную квоту и так далее.
Подобное единство иностранных нормативных актов, регламентирующих
деятельность акционерных обществ, во многом обусловливается прочной
тенденцией к сближению национальных законодательств экономически развитых
государств. Особенно ярко это проявляется в законодательствах государств -
членов ЕЭС. Совет Европейского сообщества принимает директивы с целью
унификации акционерного законодательства стран - участниц ЕЭС. Они обязаны
привести свои акционерные закон